Navespro.ru

«Потому что пространство сделано из коридора и кончается счётчиком»

Какие бывают поля? Поля бывают, конечно, земляничные, или маковые, или поля из августовской желтой высоченной травы, которая скрывает меня с головой. Всю долгую зиму хочется бежать до изнеможения, цепляясь ногами за мокрый клевер и утопая в ромашках, а потом упасть на спину, раскинуть руки и уснуть. Если уснуть в таком поле, то можно попасть в страну Оз или в Нарнию, а лучше всего – в свой собственный мир, например, как тот, который мы с подругой придумали, замерзая по дороге на вокзал в Пушкине. Там синие ели до неба, а само небо – оранжевое, и над бескрайними земляничными полями по жёлтым канатным дорогам, таким, как в Ялте, летают фиолетовые мартышки.

Есть такой писатель – Алексей Шевченко. Героя одной из его книг так и зовут – Мечтатель. После воображаемой горной прогулки он находит на ботинках пыль с подножия Кара-Дага, и может, наверное, отправиться прохладным летним вечером в кафе напротив Эйфелевой башни или в Лхасу, выпить чаю с маслом, глядя на горные пики. Не нужны никакие загранпаспорта, не нужно работать, копить деньги, а потом успевать забыть, зачем всё это было нужно. Но слишком далеко отправляться не рисковал даже Мечтатель, боялся не вернуться, заблудиться среди галактик и не найти дорогу домой. Есть у фантазий и другие опасности: во-первых, можно слишком резко из них выскочить и стукнуться головой о дверь между мирами. Причём, пробуждение как от сна, так и от грёз, - это далеко не всегда будильник, это может быть пение птиц или поцелуй. Но стресс – он и в Африке стресс, и возвращаться в реальность всегда больно. А во-вторых, можно застрять на пороге, одной ногой там, а другой – здесь. Там ты сидишь на лесной полянке и смотришь в небо, а тут – на поребрике, разглядываешь пятно на ботинке и дым от своей сигареты. И надо бы думать о том, что сегодня сделать на работе, в универе, не забыть взять талон к стоматологу, к маме заехать, как дописать курсовик. Ну, или уж о том, что в ромашковом поле летают огромные бабочки, которые на своих крыльях могут унести куда угодно. Но это в сравнении с реальностью кажется глупым, а сама реальность наводит тоску. В результате ни о том, ни о другом не думается, и работаю я без всякого плана, иду куда идётся, всё забываю, да и волшебные миры стоят и тухнут, потому что за ними никто не приглядывает.

Когда-то давно, в детстве, я прочитала книжку «Третий глаз», автором которой был настоящий тибетский монах по имени Лобсанг Рампа. Много лет она согревала меня надеждой, что невообразимая Лхасская жизнь, возможно, реальна, что есть какой-то вход туда, в мир, где выходят из тела и летают над миром и временем. А год назад я прочитала в Википедии, что этот Рампа – какой-то сумасшедший англичанин, который считает себя ламой и говорит, что книги ему диктуют ангелы и его домашняя кошка. Это было эпическое разочарование. Мне даже захотелось заболеть, но было слишком лето, и я была влюблена.

В общем, я стою на пороге между миром вещей и миром идей и не знаю, куда шагнуть. То ли, как говорил Бродский «не выходи из комнаты, не совершай ошибку» и «слюна во рту слаще халвы Шираза», то ли, как говорит мама, нужно жить в реальности и много работать, а также счастливо выйти замуж и родить детей. И кажется, я досомневаюсь до того, что не сделаю ни того, ни другого. Так и буду сидеть на поребрике и выбирать, пока мир не рухнет. Интересно, как бы на моём месте поступил мой, настоящий Лобсанг Рампа?

Вам это будет интересно!

Последние новости