Дао Ведьмы

23.05.2012

Когда-то, давным-давно, когда ромашки еще имели запах, дневной свет казался прекрасным и не мешал мыслить, когда не был изобретен кофе, в то время любовь яркими солнечными зайчиками прыгала по стенам их маленькой уютной квартирки.

Вечерами Они возвращались домой, чтобы поговорить о том, как прошел день, что он принес хорошего, какие были неприятности… Она доверчиво склоняла голову Ему на плечо, а Он нежно гладил белоснежные перья ее крыльев, получая в ответ сияние влюбленных глаз и нежность доверчивой души… Это было самое обыкновенное в мире счастье, похожее на счастье других людей, но им казалось, что такое происходит только с ними.

Водовороты событий, приятных и не очень, накладывали на души свои печати и штампы, шло время, и Он стал забывать о мелочах, из которых состоит счастье.

- Мне не хватает тебя, - говорила Она.

- Мне некогда, у меня нет времени на глупости, - отвечал Он.

И легко кружась, падало на пол белым пятном легкое перышко. Солнечный зайчик забился под шкаф, виновато шевеля разноцветными ушками.

- Давай поговорим, - умоляла Она.

- С тобой не о чем разговаривать! - походя бросал Он.

Несколько солнечных зайчиков метнулись к раскрытой форточке и вылетели на свободу в поисках счастья… Кружась в воздухе, на землю бесшумно падал еще один клок уже чуть пожелтевших перьев…

- Я люблю тебя! – выкрикивала Она в истерике.

- Какая любовь в нашем возрасте? - холодно возражал Он

Подкрашенные алым перья с мокрым шлепком плюхались на пыльный линолеум. В углу начинали разлагаться трупики не сбежавших во время солнечных зайчиков.

Литры кофе, пива, и километры бессонных ночей вымывали из организма кальций, так необходимый для перьев.

Грязные, почерневшие, похожие на облезлую ворону, крылья бессильно тащились за ней:

- Я ненавижу тебя, ты ничтожество!!! - пьяным, охрипшим от слез голосом, хлестала Она.

- Ты - дрянь! - парировал Он.

- Я не позволю тебе быть счастливым!

- Ты – ведьма!

Любовь, зажав ладонями уши и крепко зажмурив глаза, ползком пробиралась под молниями беспощадных, убивающих слов. Выбравшись на улицу, она отряхнула запылившийся подол. Обернулась в последний раз на окно своего бывшего дома, покрутила у виска и, подобрав концы разорванной юбки, пустилась, сверкая пятками в поисках новой обители.

Она же, дождалась, когда выпали последние замызганные перья, смела их в совок, выкинула в помойное ведро, собрала свои вещи и тоже ушла… Привыкнув к скорости и высоте, Она долго не могла принять свое новое положение. Но какое-то время летать не хотелось, а потом душа постепенно излечивалась. Километраж бессонных ночей подходил к финишной прямой, литры алкоголя сворачивались до рюмочки «по поводу», а кофе снова стал необходим лишь по утрам.

Вновь захотелось летать, но беспощадно изгнанный из организма кальций не дал вырасти новым крыльям.

Она скучала по небу, по свободе, по счастью. Так в доме появилась метла. Она и раньше не могла спать в полнолуние, слонялась по квартире в бесконечном ожидании его прихода. Теперь же, садясь на метлу, Она взвивалась в ночное небо, поближе к круглой глупышке - единственной свидетельнице Ее любви, Ее позора и Ее свободы.

Она взлетала, круто забирая вверх, ветер трепал Ее волосы, а лунный свет ласкал голое непокорное тело. Оттолкнувшись рукой от самой далекой звезды, она со свистом пикировала вниз, наслаждаясь свободой и азартом полета.

Он, как всегда, поздно возвращался домой, шел по пустой улице, думая бесконечные мысли о том, что, возможно, они поспешили, что слова могли быть более мягкими, а действия более обдуманными. Пронзительный свист, оторвал его от грустных мыслей. Он посмотрел на небо, но не увидел там ничего, кроме полной луны. Вдруг в высоте он услышал дикий хохот, сквозь который прорывались до боли знакомые нотки всхлипов. Почудилось, будто кто-то мягко коснулся щеки. Он вздрогнул, перекрестился и облегченно вздохнув, вошел в дом, чтобы собрать наконец-то трупики погибших солнечных зайчиков и начать жить заново.

******************

Ей было очень больно решиться, но… пролетая мимо, Она коснулась легонько его щеки, прошептав беспрекословное и необратимое Ведьмино «Свободен!»… А налетавшись до одури и бесчувствия, она вернулась в солнечный день, храня на кончиках пальцев запах и пыльцу его теплой щеки, вернулась, чтобы обрести простое женское Счастье.