Navespro.ru

Вчера возвращаемся из гостей. По главному проспекту, где наизусть выучил каждую загогулину. Закрываешь глаза – видишь, открываешь через 5, 10… минут – знаешь, что сейчас увидишь. А тут – огромными размашистыми красными пятнами на чёрном фоне во всю витрину ресторана - “БЛЯ”. Нам ещё на три юаня ехать. Но - стоп! стоп! стоп!
“Что случилось?” – мои барышни недоумевают. “Скорее, скорее, скорее! На ту сторону! Вы сейчас будете валяться!” – рассекаю китайскую предУжинную анархию автомобилистов. Мы несёмся к этому единственному, одинокому русскому варвару. Оно меня тянет: я переполняюсь безумным счастьем, понимая, что известная миру палата ждёт своего пациента. Но сейчас меня расстраивает лишь то, что камеры нет и никому не смогу выложить эту колоритную прелесть.
Приходилось ли кому-нибудь испытывать это оглушающее счастье – смачно выругаться?! Вы идёте под прицелом откровенных, бесстыдных, любопытствующих взглядов и нелепых возгласов как будто нормальных с виду людей: “Смотри, иностранец! ”: типа – инопланетянин. Тебя осматривают, как вещь в магазине,или как редкостной породы животное; остановишься – встанут рядом, нисколько не стесняясь этой лютой праздности ( ведь куда-то же до этого шли? ), и будут громко делиться с кем угодно из соих сородичей мнением о твоём внешнем виде и о стране, в какую они тебя сами определяют: когда мы по отдельности, я – чаще всего из Америки или из Канады, жена – как правило, из Австралии, а у дочка – девушка мира; семьёй мы – из Сулии; я с женой – из Америки; я с дочкой – из России; жена с дочкой – из Австралии или из Канады. И всё это до того святого момента, пока ты не показываешь им понимание того, о чём они говорят. На п о н и м а н и е в ответ улыбка о потерянном вдруг к тебе интересе и исчезновение. Твоё понимание превращает тебя из безмозглого, бессловесного предмета в человека. Но опасного человека. Ибо от твоего знания их великого языка ты не становишься своим. Ты для них в таком случае вооружённый чужестранец. Это – закон китайской улицы для иностранца, точнее – л а о в а я. Но истинное блаженство - общение на беспредельности. На улыбках. Беспредельность в том, что ты переступаешь привычные для себя моральные запреты. Они друг другу: “Смотри, какие эти лаоваи – хамы! Я их поприветствовал, а они не ответили”. Ты ему на своём родном - в 34 зуба: “Родной мой! Чего это ты не приветствуешь своих собратьев? Мне, лаоваю, такое приятное исключение? Я вышел на улицу именно для общения с ней! Тебя, родного, увидеть! Руку тебе пожать!” - “Слушай, я ему сейчас отвечу… Я знаю… Ан, ту, сри…”- “На … иди!” Мы смеёмся. Каждый про своё.
Однажды я поднимался по лестнице. Меня в затылок обругали совершенно незнакомые мне люди: два брюхатых парня. Остановилось дыхание от неожиданности. Спускаюсь за ними и громко требую следовать за мной. Они прикидываются, что не понимают. Взял одного за ухо и повёл в кабинет декана.

- Кто эти негодяи?
- Первый раз вижу! Что случилось?
Мне стыдно (! ) повторить эту гадость. Произношу по-английски. Декан бледнеет, улыбается и начинает разборки, тихо так, осторожно: мало ли чего выплывет, может, щенки какого-нибудь начальника? Те держат глухую оборону: “Не говорили мы ничего плохого!” Через полчаса признались: было дело. Но … не в мой адрес. Какого-то плохого иностранца в их Харбинском политехе решили поиметь. Вот так: меня увидели, в мой лаовайский затылок того лаовая – вые…ли. Класс!

- Хорошо, не в мой адрес!(Делаю уступку только потому, что времени у меня этот бестолковый диалог сожрал по самое невозможное: уже началась моя пара.) Вы соображаете, что находитесь в учебном заведении?
[Низкие поклоны, на глазах слёзы.] - Простите нас, учитель!!!
[На родном ядрёном]Да пошли вы на…!!!
И так мне стало хорошо на душе.

И вот мы у ресторана.

-Ну, где же, где…?
-Здесь было! Здесь! Большими буквами! По-русски!
-Пап, ну чё было-то?!
-БЛЯ было! БЛЯ! Здесь!!! Красным - по-чёрному! Большими буквами! БЛЯ!!! Я же не сошёл с ума?!..
-Э-э-эй, ты чего ругаешься и руками размахался?