Меня Винсент зовут. Меня никто давно не смешил. Не приделывал, так сказать, мне улыбки. Смех прескверный, какой-то хлипкий и в который никто в жизни не поверит.

Моё отторжение настолько велико от волокущегося на улицах и в помещениях, что приступы тошноты при всяком выходе теперь для меня никакая не редкость, а безудержная действительность, которая оставляет меня всякий раз передохнуть там, где никто не видит.

Мне нравится соседская собака, хотя и не всем сердцем, потому что трусится, брызгается только на меня, увязывается за мной, пританцовывая, и у меня все чувства оскудевают, пока пытаюсь от неё отделаться, так её жаль; проскальзывает за мной, а там её кушает уже моя злая собака. Дети катают её на велосипеде и придерживают на манер игрушки карамельного цвета, а ещё утром она засыпает в луже на середине улицы, так не должно быть, поверьте мне.

Мне нравится щуриться от солнца и сползать со скамьи в общественном месте, делать вид, что я не подслушиваю разговоры посторонних, расцвеченная солнцем сквозная улица, краешек ледяного моря, мой потайной карман куртки, приподнимать бровь и искажать лицо, не способное собраться некоторое время.

Как известно, всякую диспропорцию и дисгармонию можно компенсировать чертами характера, например, чувством юмора, которого обычно ни у кого не находится. Надо полагать, здесь не сыщется тем более.

Я вернусь вскоре домой, семичасовая тень на приборной панели, тень моего носа, большого-большого, отвернувшись, заставляю исчезнуть это чудовище, но оно всё больше делается, и кажется, все люди, стоящие за мной до конца вагона, все они вдруг увидят эту огромную тень моего большого носа и все одновременно подумают о том, какой же большой у меня нос, как можно носить такой. И как же мне пришло в голову такой надеть.

Веселье невыносимо, я не имею в этом никакой выучки. Достаточно есть моментов, когда чувствуешь себя совсем несчастным, что разумеется, такая ерунда в сравнении с сумасшедшим адом.

Кому понадобилось это лето, невероятно едкое растянувшееся на добрую часть календаря в моём представлении. Почему каждый его день я нахожу подтверждения своего отталкивающего, а не своей красоты. Вся архитектура мира, обрушиваясь, заставляет меня ненавидеть себя. Если транслировать послание, обращённое к тебе, оно призывает исполосовать себя что есть силы.

И небо переводное, и цветы наклееные. От стискивающей виски досады хочется получить избавление, я не нахожу его ни в чём.

Боюсь выпасть из задней двери мчащейся по трассе машины. Боюсь рассвета. Боюсь обидеть кого-то, потому что меня разнесли на мелкие детали. Боюсь ухудшения.

Я всегда мечтаю о смелости. И мне её пожелали так сердечно, и так небрежно. Но я остаюсь лишь тем, что я есть - тратой бензина и угощений. Я люблю смеяться только над тем, как смеются в кинофильме над неудачной шуткой.

Даже твоя, ставшая обыкновенной, жестокость не смущает меня. Ведь в сравнении с объятием глетчера - она лишь шалость. И во всех мыслях я тебе ищу места, тебе ищу объяснения.

Мне хотелось быть с тобой всегда, с тех пор, как мне стало о тебе известно, быть с тобой сейчас же, без отлагательств. Ведь ты та история, которую я буду рассказывать, когда состарюсь.

Больше всего мне хотелось никогда тебя не отпускать. Больше всего мне хотелось заговорить с тобой как следует.

Только когда уезжаешь, море кажется по-настоящему величественным и красивым, там, где заброшенные береговые линии и разбросаны бетонные блоки, похожие на пропеллеры, море плещется совершенно беспорядочно и без конца, и тогда кажется вправду опасным и затягивающим. Кому понадобилось выбросить столько странных сооружений, панически выброшенная рухлядь, так тоскливо и намертво воткнулась в море, как эти дурацкие слова.

Часто я выбрасываю вещи, вырываю страницы в пылу, в забытьи, потом очень расстраиваюсь, не находя их нигде.

Если бы можно было положиться на твоё могущество надо мной, которое действительность, мне точно не было бы так гнусно; в теперешнее время ревербации всего произошедшего так исковерканного глухо доносятся.

Почему края деревьев не достают до окон и переговариваются между собой фальцетом? Кто-то кидается в окна моей комнаты, каждое утро я нахожу пейзаж в разводах. Дождь кидается на окна. Птицы бьются об окна. Кто-то убивается об окна моей комнаты.

Должно быть, много неприятностей нужно перенести, чтобы научиться наконец говорить. А сейчас я и не потружусь. Пропустить как можно меньше. Потратить время на что-то неизъяснимо красивое. Разучиться говорить.

Исступление того, о чём я мечтаю с детства меня вконец погубило, я едва ли узнаю для себя утешение. Оно меня обездвижило, как я не могу шевелить мысли, так я и стою притаившись. Я никогда не смогу изъясниться.

Когда я прохожусь по набережной, всякий раз когда я прохожусь по набережной, возможность сквозного ранения у меня, через которое так кстати просматриваются виды, кажется мне более вероятной, нежели та, что кто-то смотрит на меня.

Мне никогда не было веселее про себя, но и столь режуще горько не бывало. Веселье невыносимо.

Мне бы совсем не хотелось, чтобы кто-то побыл со мной, это слишком опрометчиво - доверять вязкое-тяжкое, разлившееся внутри, кому-то непременно хорошему, кому бы и можно было это доверить.

Тот, на кого рассчитываешь, такого просто не бывает. Но ты всё равно греешь такого мыслью, всё равно ему место самое видное, чтобы больше не подпустить так близко.

Я воображаю себя самым величественным горным массивом какой только есть, ничто его не преступит, ничто не осквернит, только туманные облака мягко окутывают его вершины, затем намертво сковывают их звездообразной глазурью. Винсент любит глетчер. Всё это я тебе потом скажу. Всегда хотел только быть с тобой, но какое это имеет значение, когда у меня так скалисто и остроконечные, как ножи, вершины, впадины, которые ты наглухо заделываешь, но от холода твоей сердцевины климат сделался непереносимым, и холод всё страшнее, и такого раньше никогда не бывало, но ты посмотри, как я раскалываюсь от пронзительной мерзлоты. Всё равно Винсент любит глетчер. Даже не мешает ему и то, что ни того, ни другого нет, нет и нет.





Последние новости


Пробковые утеплители

Одним из высокоэффективных современных утепляющих материалов считаются плиты, изготовленные из измельченной коры пробкового дуба. Среди их главных достоинств следует назвать небольшой вес, твердость, прочность и устойчивость к гниению и образованию плесени при воздействии влаги. Пробковые теплоизолирующие материалы не повреждаются грызунами и не разрушаются...
Читать далее »

Приложение

Утепление окна стекловолокном – обязательное условие, при котором значительно снизятся теплопотери. Теплоизоляция кирпичного дома плитами пенополистирола – надежный способ сделать жилище теплым и комфортным. Как сделать это правильно, показано на рис. 50. ...
Читать далее »

Пенополистирольные утеплители

В последнее время на строительном рынке особенно высоким спросом пользуется теплоизолирующий материал URSA XPS. Его выпускают в форме жестких плит, размер которых составляет 1,25 × 0,6 м. Сырьем для производства данного материала является экструдированный пенополистирол, обладающий структурой с закрытыми ячейками. URSA XPS – это утеплитель, главными свойствами которого являются устойчивость к воздействию влаги и высока...
Читать далее »

Торфяные утеплители

Для повышения теплоизоляционных характеристик ограждающих конструкционных элементов нередко используют торфоизоляционные плиты. Их производят на основе плохо разложившегося торфа, который отличается волокнистой структурой. В процессе обработки сырье формуют и выдерживают в условиях высокой температуры. Плотность торфоизоляционных плит составляет от 170 до 260 кг/м3, а коэффициент теплопроводности равен 0,06 Вт/(м°С)...
Читать далее »

Теория теплопередачи - основа строительства

Современные физики говорят о 3 явлениях, выражающих теплопередачу, – теплопроводности, излучении и конвекции. Каждое из них обладает собственными характеристиками. Так, при определении свойств однородных твердых тел говорят о теплопроводности. Ее суть заключается в способности одного объекта передавать тепло другому при соприкосновении либо посредством промежуточного проводника (рис. 3). ...
Читать далее »

Древесно-стружечные теплоизолирующие материалы

Одним из наиболее распространенных в настоящее время древесно стружечных утеплителей является фибролит. Его получают путем смешивания древесной стружки, портландцемента и воды. Древесная стружка, или древесная шерсть, при этом должна состоять из лент длиной не менее 50 см. В некоторых случаях портландцемент нередко заменяют магнезиальным вяжущим компонентом. Перед технологической обработкой древесную стружку, вы...
Читать далее »

Стеклянные утепляющие материалы

Технология изготовления стекловаты во многом сходна с методом производства минеральной ваты. В качестве основного сырья выступают мел либо известняк, кварцевый песок и сульфат натрия либо сода. Кроме того, для получения этого утеплителя могут использоваться и остаточные продукты стекольной промышленности. Стеклянная вата состоит из тончайших волокон, которые получают путем вытягивания из предварительно расплавле...
Читать далее »