Navespro.ru

Я последнее время не то что регулярно впадаю, а практически и не выхожу из состояния, поименованное добрым другом как «белка в жопе». Это когда колеса белке недостаточно; колесо помещено в гигантскую задницу, и там, вероятно, вращается, со всеми выкручивающимися из этого последствиями.  Я почти разучился дышать, а также, на всякий случай, есть и спать. Но! Я пока не разучился думать. Даже если это происходит под влиянием алкоголя и ночи.

 
Верю - не верю. Так вот, когда я был меньше чем сейчас – может быть не по критической массе тушки, но по паспортному возрасту, мне было очень страшно совершить ошибку. Ошибку любую в принципе – и ошибку в отношениях в частности. Поэтому, каждый раз, когда симпатия стучалась в мое сердце, не ведавшее тогда еще пепла – ни пепла розы, ни пепла Помпеи, и никакого иного пепла – мне казалось необходимым немедленно сверить внутренние часы с другими, более опытными товарищами. Мне казалось, что если все сделать правильно, не ошибиться по наивности ни глупым словом, ни неразумным делом – успех обеспечен. Предполагалось, вероятно, что предмет вздрогнет, прикоснется, как пишут в романах, к высокому аристократическому лбу, и поймет, бедняжка, что все, что было ранее, без моего присутствия, было лишь предисловием, вступлением, а в великое и прекрасное – вот оно. Выяснилось, что есть одно но. Система не работает. А так – все хорошо.

Оказалось, что все будет так, как будет, как ни сверяйся с твердыми принципами в мягких обложках – однажды сердце ухнет, и застучит с перерывами. Несвоевременно, и неожиданно. И совершенно ненужно, невозможно, и нелепо. Как бы ни обещал и ни клялся ранее, что «никто не будет жить в моем разбитом сердце». А старшие товарищи окажутся то ли правы, то ли не правы, то ли и вовсе курвы (и так, к сожалению, бывает), все уйдут обиженными, а я останусь – слушать новый звук своего сердца. Тук-тук.  Мне хорошо и странно. И совершенно никого не хочется ни о чем спрашивать.

Жизнь. Пора признаться честно: я жил очень быстро, не для того, чтобы умереть молодым, а для того, чтобы как-нибудь обошлось. Как полковая лошадь в шорах: это шпоры, это седло, это хлыстик, а я «рожден, чтобы бежать». Я гнал себя сквозь пену дней, чтобы, не дай Бог, не вдохнуть этого вечернего синего воздуха через зашторенное окно, не войти в дом с кошками, не провести пальцем по корешкам чужих книг, не разлечься на чужом ковре, и не признаться себе, что это то самое, о чем я много лет скучаю. Как скучаю по своему старому дому, по желтой лампе с облезлой бахромой, по ночному мурлыканью магнитофона по себе самому, наверное. Я был рожден, чтобы играть. Я просто перепутал буквы. Эй, прости меня. Спроси меня. Как?

"Попытайся простить мне - я не хотел плохого"
ведь я хотел любить; но не умел быть любимым.

Вам это будет интересно!

Последние новости