Алан Лайтман “Сны Эйнштейна”

19.05.2012

Конец света наступит 26 сентября 1907 года. Все это знают.
В Берне дело обстоит так же, как во всех столицах и городах. За год до
конца света закрываются школы. Зачем учиться впрок, когда будущего осталось
всего ничего? В восторге от того, что у них никогда больше не будет уроков,
дети играют в прятки в пассажах Крамгассе, бегают по Арштрассе и "пекут
блины" на реке, спускают свои монетки на леденцы и лакричные конфеты.
Родители им все позволяют.
За месяц до конца сворачиваются все дела. Бундесхаус прекращает свою
деятельность. На Шпайхергассе стихает федеральный телеграф. Встают часовая
фабрика на Лаупенштрассе, мельница у моста Нидегг. К чему коммерция, зачем
производство, когда осталось так мало времени?
Люди сидят в уличных кафе на Амтхаусгассе, прихлебывают кофе и
откровенничают друг с другом. Воздух дышит освобождением. Кареглазая
женщина, к примеру, жалуется матери, как мало они бывали вместе, когда она
была маленькой, а мать работала белошвеей. Они решают съездить в Люцерн. Они
вместят обе жизни в этот малый остаток времени. За соседним столиком мужчина
рассказывает другу о ненавистном начальнике: тот после работы занимается
любовью с его женой в раздевалке и грозит уволить его, если он или его жена
поднимут скандал. Но теперь-то чего бояться? Мужчина свел счеты с
начальником и помирился с женой. С легким сердцем он вытягивает ноги и
уводит глаза к вершинам Альп.
В пекарне на Марктгассе толстопалый пекарь ставит тесто в печь и
напевает. В эти дни, покупая хлеб, люди вежливы, они улыбаются и сразу
платят, поскольку деньги теряют цену. Они говорят о пикниках во Фрибуре, о
незабвенных временах, когда они слушали рассказы своих детей, о долгих
дневных прогулках. Похоже, они не возражают против скорого конца света,
поскольку всех ожидает одна участь. Мир сроком на один месяц - это мир
равенства.
За день до конца улицы взрываются хохотом. Никогда не говорившие друг с
другом соседи встречаются по-дружески, раздеваются и плещутся в фонтанах.
Кто-то ныряет в Аре. Наплававшись до изнеможения, люди ложатся на густую
береговую траву и читают стихи. Прежде не знавшие друг друга адвокат и
почтовый служащий рука об руку гуляют по Ботаническому саду, улыбаются,
завидев цикламены и астры, рассуждают об искусстве и цвете. Что значит их
прежнее положение? В мире одного дня они равны.
В сумерках улицы направо с Ap6epгергассе прислонились к стене мужчина и
женщина, пьют пиво и жуют копченую говядину. После она поведет его к себе.
Она замужем за другим, но уже многие годы ей нужен этот мужчина, и в
последний день мира она удовлетворит свою потребность.
Искупая прошлые злодеяния, кто-то мечется по городу и творит добро. Эти
люди единственные улыбаются вымученно.
За минуту до конца света все сходятся перед Кунстмузеум. Взявшись за
руки, мужчины, женщины и дети образуют огромный круг. Никто не двигается.
Никто не говорит. В этой абсолютной тишине слышно, как бьются сердца соседей
справа и слева. Идет последняя минута. В этой абсолютной тишине, поймав луч
света, в саду с исподу вспыхивает пурпурная горечавка, краткий миг она
пылает, потом теряется среди других цветов. За музеем под набежавшим ветром
трепещет хвоей лиственница. Еще дальше за деревьями парка Аре посверкивает
на солнце, на ее зыбкой поверхности крошится его свет. На западе вздымается
в небо башня Святого Винсента, красная и хрупкая, ее каменная ажурность
подобна жилкам листа. Еще выше снежные вершины Альп, сплав белизны и
пурпура, безмолвные громады. По небу плывет облако. Суетится воробей. Никто
не говорит.
В последние секунды, вот так, держась за руки, они все словно бросаются
вниз с пика Топаз. Конец приближается, как несущаяся навстречу земля. Их
обдает холодный воздух, тела делаются невесомы. Широко раздвигается
безмолвный горизонт. Все ближе неохватное снежное одеяло, готовое принять и
укрыть телесно-розовое кольцо жизни.