7+8

19.05.2012

"I can`t action", - сказала Настя после двух дней беспрерывного занесения трещин и утрат на картограмму. И кто бы мог сказать, что так нельзя выразиться? После такого титанитческогно труда, который проделали Настя и Катя, они могли бы выразиться и покрепче...

Во вторник я пришла к двум часам. Настя распечатала наши картограммы на формате А0 и они с Катей принялись отмечать на них утраты. Выглядело это так: Настя показывает на стене рукой начало, направление трещины и ее конец (похоже, как погоду по телевизору показывают), а Катя зарисовывает все это на плане потолка. Это ОЧЕНЬ сложная и трудоемкая работа. Весь день махать руками по трещинам и мысленно переводить их с плоскости потолка на лист. Я тоже взяла кусок стены и стала отмечать, но мой стиль отмечания был непохож на Катин, и общим решением я направилась доводить до ума своего гуся. Картограмма делается для того, чтобы выделили достаточно денег на реставрацию. Юля, бригадир, замеряла трещины линейкой, а картограмма даст наглядное видение всех утрат. Поэтому надо рисовать пожирнее, погуще сеть трещинок. Шутка.

Я занялась гусем. Прикрепила кальку на оргалит малярной лентой и протампонировала его мешочком с углем. Потом сняла кальку и начала обводить рисунок по точкам карандлашом, сверяясь с рисунком на кальке. Это заняло много времени.

Под вечер мы поняли, что, кроме картограммы потолка, нужно сделать еще карторгаммы масляной живописи между капителями и живописи ниже, исполненной на мраморе.
Мы все померили и отложили на среду.

В среду девочки продолжили эпопею картограммы. Пока не пришла Катя, я рисовала трещины за нее. Я увидела, что в самых проблемных местах на потолке вставлены кляммеры - штыри, вкручиваемые дрелью, призванные укрепить живопись, ведь часть ее будут сбивать, и все вокруг не должно осыпаться.

Когда пришла Катя, я углубилась в дорисовывание по точкам гуся, и едва окончила к вечеру. Правда, кроме него, я еще вычертила на имеющейся картограмме развертку фриза с золотыми кругами и орлами, который находится ниже нешего яруса, между капителями. Он почти весь закрыт черной пленкой, поэтому его утраты так просто тоже не зафиксировать.

Мы померяли этот фриз, и я вычертила его видя в реальности только одну часть, и принимая, что расстояние между его сегментами динаковое. Классицизм стоит любит уже за его ритм и симметрию!

Женщина, реставрирующая этот фриз, подозвала нас и попросила срочно зарисовать утраты на небольшом открытом его куске, потому что иначе она скоро бы их замазала. А все стоит денег, каждая трещинка. Мы не поскупились, и сделали утраты на большую сумму! (Шутка. Если вдруг какая комиссия прочитает, то мы все старались делать честно и правильно. Просто от монотонной работы иногда тянет говорить по-английски и шутить).

Завтра предстоит дочертить еще один фриз, который на мраморе, доотметить все утраты и раскрасить трещины разными цветами. Тонкие - одним, толстые - другим.

Тем временем, Катя и Настя размешали колера и уже начали рисовать свои эталоны. Надо и мне.
А еще нужно купить книжку по реставрации темперной живописи.
Вперед гляжу с интересом.

Катя обводит свою даму